ESG‑требования в 2026 стали частью финансового контроля. Эксперт Сергей Конон разбирает, как новые нормы влияют на корпоративное управление, отчётность и налоговое планирование
Автор: Сергей Конон — налоговый юрист и сертифицированный налоговый консультант, эксперт и управляющий партнер международной компании по оказанию корпоративных юридических и бухгалтерских услуг для бизнеса «Vita Liberta» (юрисдикции Россия, Китай и Гонконг, ОАЭ, Казахстан)
В 2026 году ESG-регулирование в России совершило качественный скачок: из добровольной инициативы оно превратилось в обязательный элемент корпоративного управления и банковского надзора. Как налоговый юрист и управляющий партнер международной юридической компании, я вижу, что этот переход создает для бизнеса не новые возможности для «зеленого» пиара, а конкретные регуляторные требования, налоговые риски и изменения в управленческих процедурах.
От добровольности к обязательности: новые правила игры
Главное событие 2026 года – это вступление в силу с 1 октября нового Положения о раскрытии информации эмитентами (заменит Положение № 714-П). Данный документ впервые в истории российского рынка делает ESG-отчётность обязательным требованием регулятора, а не вопросом доброй воли.
Новые правила касаются крупнейших публичных компаний и эмитентов облигаций с совокупным объемом размещений свыше 50 млрд рублей. Они обязаны раскрывать более 30 ESG-показателей в машиночитаемом формате XBRL. Таксономия XBRL версии 7.5.1.0 закрепляет 33 обязательных показателя, привязанных к формам государственной статистики. Это означает, что нефинансовая отчетность больше не может быть красивым PDF-документом, потому что она становится набором верифицируемых данных, подпадающих под ту же логику контроля, что и финансовая отчетность.
Например, с 2025 года компании могли отчитываться в тестовом режиме. Отчётность за 2026 год (которая будет раскрываться в 2027 году) станет обязательной в машиночитаемом формате.
Корпоративное управление с новыми процедурами и ответственностью
Проект нового Положения Банка России о допуске ценных бумаг к организованным торгам вводит принципиально новую корпоративную процедуру. Регулятор закрепляет за комитетом по аудиту Совета директоров компании функцию контроля за обоснованностью оценки влияния показателей устойчивого развития на финансовые результаты эмитента. За обоснованность такой оценки теперь отвечает не только менеджмент, но и комитет по аудиту как орган корпоративного контроля.
В российской практике это принципиально меняет подход: отсутствие методики расчета влияния ESG-факторов на финансовые результаты перестает быть только вопросом качества раскрытия информации, становясь вопросом ответственности совета директоров. Пока единого измерительного подхода не существует ни в международных стандартах (ISSB), ни в российских документах. И здесь задача разработки методики остается на стороне рынка.
Финансовый сектор: про льготы и новые требования к капиталу
Для банков ESG-регулирование создает как стимулы, так и дополнительные требования. Банк России опубликовал проект изменений к Инструкции № 220-И, которая предусматривает пониженные коэффициенты риска для банков, финансирующих приоритетные «зеленые» и адаптационные проекты. Стимулирующее регулирование, запущенное в 2025 году, снижает нагрузку на капитал банков через корректировку кредитного и рыночного риска при расчете нормативов достаточности.
Объем верифицированных ESG-облигаций в РФ за 8 месяцев 2026 года составил 125,2 млрд рублей. По прогнозам, объем выпуска ESG-облигаций на российском рынке в 2026 году составит от 150 до 200 млрд рублей.
Одновременно ЦБ РФ учитывает климатические и ESG-риски в надзоре, стресс-тестировании и требованиях к раскрытию информации.
Налоговые последствия: от льгот к рискам
ESG-факторы становятся базой для налоговых преференций и, наоборот, значительных финансовых рисков. С 2025 года вступили в силу правила, позволяющие получить вычеты до 90% от расходов на НИОКР в области экологически чистых технологий. Инвестиции в снижение выбросов и энергоэффективность становятся инструментом оптимизации налога на прибыль, а не просто затратами.
Однако ужесточается и ответственность. С 1 января 2024 года усилился механизм экологического сбора, а штрафы за ненадлежащую утилизацию выросли. ФАС России выпустила рекомендации по профилактике гринвошинга: называть продукт или здание «зелеными» можно только при наличии сертификации по национальным стандартам. Нарушение грозит штрафами до полумиллиона рублей за каждый случай.
Мои прогнозы и вывод
2026 год стал переходным периодом, когда ESG-повестка окончательно перестала быть элементом корпоративного маркетинга. Ключевые изменения: обязательная цифровая отчетность для крупных эмитентов, расширение ответственности советов директоров, налоговые стимулы для «зеленых» инвестиций и ужесточение контроля за гринвошингом.
Так, в ближайшие 2–3 года я ожидаю, что требования к ESG-раскрытию будут распространяться на более широкий круг компаний, включая средний бизнес. Уже сейчас логика «сверху вниз» транслирует требования от крупных компаний к их партнерам и контрагентам из сектора МСП. Бизнесу, особенно в экспортно-ориентированных отраслях, стоит начинать подготовку к интеграции ESG-показателей в корпоративную отчетность и налоговое планирование уже сейчас.
